Анна Санина
01-03-2023То, что описано в истории ниже – пример искаженного восприятия реальности.
Чаще восприятие искажается в глубокий минус, хотя объективных причин в настоящем для этого нет. Низкая самооценка, шлейф боли прошлых травм и страхи провоцируют отказ от тех возможностей, которые есть, но кажутся нереальными. Именно с этой темой я чаще всего работаю с клиентами.
Истории с искажением в плюс встречаются реже и порой приносят не меньше бед. Необоснованная уверенностью в своей непогрешимости и правоте, невозможность трезво оценить происходящее травматична и для самого человека, и для окружающих.
Точка баланса расположена в центре.
Там, где возможно взаимодействовать с реальностью, адекватно оценивая себя и те возможности, которые она нам открывает в точке сейчас.
Быть уместным в динамичном времени и пространстве, танцевать с реальностью – высшее искусство, к освоению которого хочется и стоит стремиться.
Однако, все не так однозначно.
История, которую я хочу рассказать, вовсе не про баланс.
Она про искажение. Про то, что неисповедимы пути. И про то, как недостатки могут сыграть нам на руку самым неожиданным образом.
Впервые я услышала на семинаре несколько лет назад.
И она поразила меня. Это не притча, а то, что случилось на самом деле.
Расскажу, как запомнила.
В одной из частных лётных школ был пилот-любитель Н. Абсолютно все в этой школе знали, что Н. как пилот никуда не годится. История сложилась так, что то ли Н. был хороший парень и никто не хотел его разочаровывать, то ли до него просто никому не было дела, но во всей школе так и не нашелся доброжелатель, который бы решился сказать Н. правду. Летал Н. в одиночку и с точки зрения окружающих рисковал только собой.
В один из вылетов Н. внезапно началась сильнейшая гроза. Такая, в которую невозможно посадить самолет и остаться в живых. Даже находящиеся в диспетчерской пилоты экстра класса понимали, что попади они в такую переделку, шансов у них бы не было.
Связь с Н. предсказуемо прервалась.
И пока все в диспетчерской хоронили несчастного, составляли план поиска разбившегося самолета и думали, как сообщить о трагедии родным погибшего, дверь в диспетчерскую открылась и… в неё вошел тот самый покойник.
А почему у вас такой вид странный? – удивился он.
На вопрос ошарашенного коллеги, как он смог выжить, Н. ответил, что было, конечно, сложно из-за погодных условий, но в целом он нормально посадил самолет и не понимает, почему они все тут такие бледные.
Дело в том, что Н. был плохим пилотом и поэтому не знал, что посадить самолет и остаться в живых в такую грозу считалось невозможным.
А ещё Н. не знал, что он плохой пилот, потому что был свято уверен в обратном.
Поэтому совершить невозможное для других было для него просто сложным, но вполне осуществимым.
Подлинная реальность находится за пределами навешанных границ-ярлыков, и кажущееся невозможным не всегда является таковым. Коридоры возможностей открываются чаще, чем мы привыкли думать. И находясь в контакте со своей сутью в этих коридорах, мы действительно становимся собой.
Время от времени я поднимаю в памяти эту историю, когда сталкиваюсь с тем, что кажется мне невозможным и задаюсь вопросом, «это невозможно на самом деле или только в моей голове?»